Награждения россиян орденом Святого Станислава 1765 по 1813 гг.

Знак ордена Святого Станислава - золотой мальтийский крест (60 х 60 мм) красной эмали (либо стеклом на красной подложке) с золотой каймой и золотыми шариками на концах. Между сторонами креста располагались четыре коронованных польских орла белой эмали. В центральном медальоне белой эмали находилось изображение св. Станислава в священнических одеждах и с посохом в руке, а также буквы: S.S. (Sanctus Stanislaus). По окружности медальона - лавровый венок зеленой эмали. На оборотной стороне медальона белой эмали помещался вензель учредителя: «SAR» (Stanislaus Augustus Rex). Знак ордена носился кавалерами на чересплечной ленте у левого бедра. Духовные лица и кавалеры ордена Белого Орла носили знак на шейной ленте.

Звезда ордена - серебряная, восьмиконечная (100 х 100 мм). В центральном медальоне на белом (серебряном) поле - монограмма учредителя: «S». По окружности - девиз ордена: «PRAEMIANDO INCITAT» в обрамлении зеленого лаврового венка с золотым внешним ободком. Звезда носилась на левой стороне груди.

В сего с 1765 по 1813 г. орденом Св. Станислава было награждено 1762 человека, причем примерно десять процентов из этого числа были иностранцы, в том числе и российские подданные. Первым из них был в 1765 г. посол Екатерины II в Польше князь Николай Васильевич Репнин (1734-1801), впоследствии генерал-фельдмаршал и канцлер Российских орденов с 1797 г. За свою деятельность в Польше Николай Васильевич был награжден 17 января 1768 г. орденом Св. Александра Невского, чином генерал - поручика и денежным подарком в 50 тысяч рублей. В 1766 г. орденом Св. Станислава был награжден тайный советник, а затем обер - гофмейстер, сенатор и директор театров (1766-1779) Иван Перфильевич Елагин (1725-1796). Затем, в 1766-1774 гг., орденом были награждены еще 13 россиян, в т. ч. генерал-майор (генерал-фельдмаршал с 1807 г.) князь А. А. Прозоровский (1732-1809), граф П. Ф. Апраксин (1728-1812), генерал-майоры Эрнст-Карл фон Дунтен, И. М. Измайлов (1724-1787), камергер граф Александр Сергеевич Строганов (17331811), князь А. М. Белосельский (1732-1779), а также генерал-майор граф И. М. Подгоричаны (ок. 17301779), под начальством которого был разбит отряд конфедератов, за что в апреле 1768 г. Станислав - Август наградил его знаками ордена.

С 1763 г. Репнин по поручению Екатерины II являлся полномочным министром в Польше, фактически управлял там всеми делами при безвольном короле С. А. Понятовском. Его слова в сейме: «Такова воля императрицы» - имели решающее значение. Каким почетом он пользовался в Варшаве, видно из того, что в театре ожидали его приезда в то время, когда король уже сидел в ложе. Под давлением русского посла польский сейм в 1768 г. уравнял права «диссидентов» (православных и протестантов) с католиками.

Интересно, что одним из первых россиян в 1767 г. орденом был награжден полковник Василий Алексеевич Кар (1730-1806), сын статского советника А. Ф. Кара. 4 января 1742 г. В. А. Кар был зачислен в пажи, в 1748 г. выпущен поручиком в Виленский пехотный полк, в 1757 г. был волонтером при австрийской армии, в 1758 г. - при французской, в 1760-1761 гг. находился при русской армии и участвовал в нескольких сражениях. В 1766 г., в чине полковника, В. А. Кар был отправлен в Польшу в распоряжение князя Репнина и назначен был состоять при князе Радзивилле, который в это время принял сторону русского правительства, получил позволение вернуться в Польшу и вступить в управление своими имениями, но за которым, ввиду известной слабости его характера и его непостоянства, необходимо было иметь бдительный надзор; несколько раз в течение 1767 и 1768 гг. В. А. Кар приезжал с депешами и устными докладами от кн. Н. В. Репнина к гр. Н. И. Панину; он же командовал русским отрядом, стоявшим в Радоме, в июне 1767 г., когда там составлялась генеральная конфедерация, и очень успешно выполнил все предписания кн. Репнина, клонившиеся к тому, чтобы заставить съехавшихся послов исполнить все требования России. В мае 1769 г. он был назначен командиром сформированного при начале войны с Турцией легиона, получившего сначала имя Иностранного, затем переименованного в Петербургский. 1 января 1770 г. он был произведен в генерал-майоры, а в декабре того же года получил заграничный отпуск на теплые воды для лечения. 14 октября 1773 г. Екатерина II назначила Кара командующим военной экспедицией против отрядов Е. И. Пугачева. Военная коллегия отрядила в его распоряжение несколько батальонов и эскадронов из армейских полков, предоставив им возможность в пути следования пополнять их местными силами. В конце октября Кар прибыл в Казань и вскоре направился в поход к Оренбургу с корпусом из двух тысяч армейских и гарнизонных солдат, полутора тысячами ополченцев. Командующий не сомневался в своем успехе и высказывал опасения лишь относительно того, как бы пугачевцы, осведомившись о приближении карательной экспедиции, не уклонились от боев, «не обратились в бег» и не скрылись в низовьях Яика или в бескрайней киргиз-кайсацкой степи за Яиком. Но дело обернулось по-иному. Помышлять о бегстве пришлось не Пугачеву, а самому Кару. Утром 7 ноября 1774 г. у деревни Юзеевой, в 98 верстах от Оренбурга, отряды пугачевских атаманов А. А. Овчинникова и И. Н. Зарубина-Чики атаковали авангард корпуса Кара, в трехдневных боях измотали неприятеля и вынудили его к отступлению. Добравшись до Бугульмы, генерал получил донесение о попавшем в плен к Пугачеву корпусе симбирского коменданта полковника П. М. Чернышева, что случилось 14 ноября под Оренбургом. Это известие перепугало Кара. Он упал духом, под предлогом болезни сдал командование Ф. Ю. Фрейману и, оставив свое войско, самовольно уехал в Москву. Поступок Кара разгневал Екатерину II, которая указом от 1 декабря повелела изгнать его со службы, не видя в нем впредь какой-либо «прочности» в службе. С того времени, избегая светского общества, он подолгу жил в своих поместьях в Калужской и Московской губерниях.