Изображения на жалованных золотых русского чекана.

Из работы И.Г. Спасского «Золотые» - воинские награды допетровской Руси.

«3 о л о т ы е» было общим названием всех русских наградных знаков, независимо от того, что множество их изготовлялось из серебра и только золотилось. Вследствие их редкости золотые «золотые» издавна высоко ценились в собирательской среде. Описания их имеются в ряде изданий, обычно во главе разделов, посвященных монетам тех или иных правлений, но серебряные позолоченные «золотые» чаще всего вводились в коллекции как серебряные монеты, а то и отбрасывались как «испорченные» монеты. Выделение золотых из монетных коллекций Эрмитажа позволило противопоставить почти каждому из названных выше видов наград соответствующие золотые русской чеканки, а отчасти и пополнить приведенный выше список некоторыми не названными в нем номиналами.

С конца XVI в., когда окончательно прекратились эпизодические награждения монетами иностранной чеканки, и до последней четверти XVII в. система золотых не претерпевала сколько-нибудь серьезных изменений, почему и рассмотрение самих золотых указанного времени удобнее вести обобщенно, почти не отступая от порядка номиналов, с тем, чтобы затем особо рассмотреть развитие системы золотых в конце века.

Информация от партнеров сайта: Он-лайн магазин МегаТерем предлагает на выбор широкий ассортимент подарков любимому человеку. Зайдите на сайт megaterem.ru и Ваши сомнение, что подарить на праздник быстро рассеется. В каталоге фирмы более 20 тысяч подарков, на все случаи жизни и по любому поводу. Самое дорогое в мире - внимание близких!

Все золотые высших достоинств, начиная от червонца, подчиняются метрологии дуката — «угорского» — как его части или кратные. Названия их определяются весовым отношением к нему — золотой в четверть, в половину, в треть, в две трети и даже в три четверти угорского, затем сам угорский и золотые в полтора, два, два с половиной и т. п. Название португал относилось, по-видимому, к самым крупным золотым в десять угорских.

Самый старый из крупных золотых русского дела — золотой Ивана Грозного в пять угорских (со следами ушка), принадлежащий Историческому музею. Известен и идентичный второй экземпляр, ушедший из коллекции Кунсткамеры во Францию во второй половине XVIII в. На обеих сторонах кружка, весом в 17,25 г находится почти одинаковое изображение двуглавого, увенчанного двумя коронами, орла; на лицевой стороне, на прикрывающем грудь орла щитке изображен единорог, долго игравший видную роль в русской геральдике, а на другой стороне там же московский герб — св. Георгий. Круговая надпись; «Божиею милостию государь и великий князь Иван Васильевич всея России, Владимерский, Московский — Новгородский, Псковский, Тверский, Полотский, царь Казанский, царь Астраханский» переходит с лицевой стороны на оборотную.

Упоминание Полоцка, вошедшее в титул в 1563 г., способствует уточнению даты, что имеет немаловажное значение, так как ни служившие наградами монеты, ни специально чеканившиеся золотые знаки XVI и первой половины XVII вв. обозначения дат не имеют и датируются лишь годами правления по стоящему на них имени.

Описанный тип композиции, совмещающий два почти одинаковых, окруженных надписью изображения, закрепился для наиболее крупных золотых. Таковы в собрании Эрмитажа португал Лжедимитрия в 10 угорских (34,0 г,), два золотых Михаила Федоровича в 4 угорских (13,72 г и 13,54 г.), его же золотой в 3 угорских (10,34 г; чеканен теми же штемпелями) и золотые Алексея Михайловича в 10, 8 и 3 угорских (34,47 г, 27,67 г, 10,32 г и 10,23 г). Такова же и общая композиция многих угорских полуторных, полных и трехчетверных, но на них уже на обоих щитках находится изображение св. Георгия. В Эрмитаже такие угорские имеются только времени Михаила Федоровича и более поздние (3/4 угорского весом от 2,9 до 2,4 г, 8 экз.). Ко времени Алексея Михайловича относятся два золотых в полтора и двенадцать золотых в угорский; ко времени Федора Алексеевича семь угорских.

На крупных золотых титул приведенного типа повторен только на португале Лжедимитрия; а ко времени Михаила Федоровича он изменился: «Божиею милостию (мы) великий государь, царь и великий князь (имя) всея России самодержец». Устойчивости типа самих знаков способствует использование одних и тех же штемпелей для чеканки знаков смежных достоинств (в 8—3 угорских, в 1.5, 2/3 и 3/4 угорского) и переход лицевых штемпелей, несущих на себе только начало титула (без имени), в чеканку следующего правления.

Ранние угорские имели особый вид. Об угорских Грозного мы можем судить по штемпелю лицевой стороны его золотого в ½ угорского. На ней находится изображение очень широкого, занимающего весь кружок двуглавого орла со св. Георгием на щитке; отсутствующая легенда, по-видимому, занимала всю оборотную сторону. Именно такова композиция одного из двух типов угорских Федора Ивановича, с тем отличием, что на груди орла в щитке изображен единорог. На оборотной стороне — пятистрочная надпись: «Божиею милостию царь и великий князь Феодор Иванович всея Руси». На угорских второго типа, который можно считать сменяющим описанный, изображен едущий вправо царь-всадник со скипетром у плеча; вся надпись тоже размещена в пяти строках на оборотной стороне, но она еще короче (как на копейках): «Царь и великий князь Феодор Иванович всея Руси».

Уникальный золотой Годунова имеет на одной стороне грудное, повернутое в 3/4, изображение царя, на другой — двуглавого орла; надпись с пространным титулом: «Божиею милостию великий государь царь и великий князь Борис Федоровичь всея Руси самодержец», переходя с лицевой стороны на оборотную, окружает оба изображения. На двух золотых В. Шуйского сочетаются изображения орла на лицевой стороне и всадника с копьем на оборотной, круговые надписи содержат неполный титул: «Божиею милостию царь и великий князь Василий Иванович всея Руси».

Совсем особый тип имеет эрмитажный двойной золотой Алексея Михайловича (6,95 г), на котором поясное изображение царя впрямь с крестом и скипетром в руках окружено надписью: «Божиею милостью великий государь, царь и великий князь Алексей Михайлович всея Руси»; на другой стороне находится изображение Иисуса Христа — Пантократора и круговая надпись: «Пречистому ти образу покланяемся благии просяще прощения прегрешение». Композиция этого золотого невольно рождает мысль о том, что ее создателю был знаком златник Владимира, или, во всяком случае, византийский солид X в. с аналогичной композицией, что вполне возможно. У патриарха Никона было «восемь золотых, на них образ царя Константина и матери его Елены» — несомненно византийские солиды с портретами двух императоров, имевшие «нумизматические» определения, которые и были сохранены описью, составленной после падения Никона.

По литературным данным список разновидностей русских золотых может быть пополнен четырехкратными золотыми Грозного и Лжедимитрия (вес около 13,7—14,9 г) и еще несколькими экземплярами четырехкратных золотых Михаила.

Не вполне устойчив тип «московских золотых» в 1/2 угорского. Золотой Грозного (1,74 г), принадлежащий Эрмитажу, как уже отмечено, имеет на лицевой стороне изображение двуглавого орла без круговой надписи; но на груди орла имеется щиток со св. Георгием. На оборотной стороне шестистрочная надпись: «Божиею милостию царь и великий князь Иван Васильевич всея Руси». На таких же знаках Шуйского и Михаила Федоровича (круглом) орел без щитка, надпись самая краткая, как на копейках; два «проволочных»золотых Алексея Михайловича, с такой же краткой надписью на оборотной стороне, с лицевой стороны чеканились штемпелем угорского и сохранили остатки круговой надписи. Все остальные знаки этого веса, выпущенные при Алексее Михайловиче, имеют изображение орла без щитка на груди, но на двух из них находится строчная надпись более полная: «Божиею милостию мы государь, царь и великий князь и т. д.... самодержец»; еще четыре экземпляра имеют наиболее краткую надпись, как на копейках.

По своей фактуре золотые в ½ угорского составляют переходную ступень от чеканившихся на кружках (или перечеканенных из готовых монет) золотых к золотым копейке и денге; подобно последним, часть их чеканили на расплющенных обрезках проволоки. Форма их неправильная, что свойственно подобным монетам, однако некоторые имеют обрезные, не всегда аккуратно сделанные кружки.

Так же неправильны по форме и напоминают большие копейки многие золотые в ¼ угорского со средним весом в 0,85 г, дошедшие до нас и известные по описаниям в особенно большом числе. Тип их единообразен и повторяет тип половинного угорского; щиток на груди орла не встречается вовсе, и надпись самая краткая у всех, за исключением золотых Грозного (три экз.), вырезных и имеющих более пространную надпись, чем его золотые в ½ угорского. Правильную форму, но краткую надпись имеют два знака Михаила Федоровича. Особенно обильны золотые в четверть червонца среди золотых Алексея Михайловича; к ним еще предстоит нам вернуться.

Рассмотренные нами виды золотых XVI и первой половины XVII вв. точно идентифицируются с большинством видов наград, упоминания о которых имеются в рассмотренных выше наградных документах. В целом список разновидностей или «степеней» их даже увеличивается за счет золотого Алексея Михайловича в 8 угорских. Если до нас не дошли некоторые из упоминавшихся видов знаков тех или иных правителей, то все же мы окончательно получаем право отрешиться от буквального понимания названий и высказать убеждение, что в течение всего XVI и в XVII вв. награждение производилось, как правило, только знаками русской чеканки, с русской эмблематикой и русскими надписями, что придает всему институту награждений гораздо более осмысленный и целостный характер.

Многие угорские русской чеканки сохранили на себе явные остатки изображений и надписей венгерских, голландских и других западноевропейских дукатов, послуживших готовыми кружками для чеканки. Но многие золотые, особенно старших достоинств, чеканились несомненно на заново изготовленных и приведенных к определенному весу кружках.

Золотые Бориса Годунова очень редки и в коллекции Эрмитажа представлены наиболее скромно. Тем больше оснований обратиться к вопросу об известной по литературе XVIII в. большой «медали» Годунова. Сообщение о ней имеется в сочинении капитана Т. Салмона, впервые опубликованном в 1727 г. Многотомный труд Салмона вскоре был переведен на голландский, а с голландского на немецкий. Переводчики, как водилось в XVIII в., не стеснялись вносить различные дополнения в основной текст, но интересующее нас сообщение, находящееся в посвященном России томе немецкого издания, несомненно принадлежит самому Т. Салмону.

Описание русской монетной системы заканчивается рассмотрением золотых монет, в связи с чем упоминаются и старинные червонцы царевны Софьи. Далее говорится: «Еще старее и реже та золотая медаль, которую Петр I подарил Оксфордскому университету во время своего посещения. Она висит на шелковом зеленом, плетеном с золотыми нитями шнуре и приблизительно на одну четверть больше обыкновенного талера. На одной стороне изображен на коне святой Георгий, на другой — двойной орел. Вокруг первого находится начало

Благодаря любезному содействию ученого сотрудника Ашмолеанского музея доктора А. Томпсона удалось с исчерпывающей точностью установить, что Салмон описал позолоченную пустотелую вислую печать Бориса Годунова, которая хранилась в Оксфорде уже задолго до визита Петра (8 апреля 1698 г.). Она была одним из первых приобретений Бодлеанской библиотеки, поступивших в нее в 1621 г., а рассказ о подарке Петра является домыслом, связавшим визит русского царя в Оксфорд с хранившимся там русским памятником старины. Неизвестно, видел ли ее Петр, но сохранились сведения, что в 1711 г. ее осматривал князь Б. Куракин во время посещения Оксфорда.

При печати сохранился даже шелковый шнур, на который в свое время обратил внимание Салмон. Рассматривая ее, можно убедиться, что Салмон довольно точно передал надпись, не справившись только с самым концом ее «всея Руси самодержец и иных многих господарьств государь и обладатель».

.



И.Г. Спасский «Золотые» - воинские награды в допетровской Руси. Труды ГЭ, 1961 г.