..

За храбрость на водах Очаковских

В июне 1788 г. в Днестровско-Бугском лимане (около Очакова) происходили жаркие морские сражения. Стремясь уничтожить российскую гребную флотилию, турецкая эскадра (насчитывающая 4 линейных корабля, 6 фрегатов и 47 гребных судов) 7 июня атаковала русских. Однако, несмотря на то что турки имели значительный перевес судов и огневых средств, русские отбили атаку. 17 июня суда под командой адмиралов Нассау-Зигена и Алексиано сами атаковали турецкую эскадру и нанесли ей поражение, потопив два линейных корабля противника.


Опасаясь окончательного разгрома, командующий турецкого флота Хасан-паша решил ночью вывести оставшиеся суда из-под Очакова, но они попали под огонь береговых батарей Кинбурна, возведенных Суворовым. Утром следующего дня в бой вступила российская гребная флотилия и довершила разгром турецкой эскадры. В результате трех сражений (7, 17 и 18 июня) гребная флотилия турок была разбита наголову и отброшена к самому Очакову. Благодаря тесному взаимодействию русской армии и флота были одержаны блестящие победы над превосходящими силами противника. Князь Потемкин доносил Екатерине II: «Матушка родная, всемилостивейшая Государыня! Поздравляю с победой знаменитой. Капитан-паша, хотевши нас проглотить, придя с страшными силами, ушел с трудом. Бог видимо помогает. Мы лодками разбили в щепы их флот и истребили лутчее, а осталась дрянь». Императрица отвечала ему: «Храброе дело на Лимане Очаковском меня и всех много обрадовало... я получила твои письма, коими меня уведомляешь, что Всевышний даровал нам победу, что флот капитана-паши гребною флотилиею разбит; шесть кораблей линейных сожжены, два посажены на мель, а тридцать судов разбитых спаслись под своею крепостью; что корабли истреблены и более трех тысяч в плен к нам подались... Ты получишь рескрипт, в котором написаны награждения».

Участники сражений были щедро награждены императрицей. 14 июля она сообщала Потемкину: «Касательно гребной флотилии я произвождения и награждения сделала по твоему представлению, а теперь думаю к Нассау послать шпагу с надписью богатую, а прочие шпаги и медали с надписями делают». Ранее, на рапорт князя (от 5 июля) «о храбрых действиях казаков, отличившихся во всех бывших на Лимане сражениях» она отвечает: «Послать к ним так как и ко всей флотилии медали». В другом письме императрица сообщает: «Пожалованные от Нас медали для Козаков и других младших чинов присланы будут с первым курьером». В собственноручной записке Екатерины II о награждениях за сражения при очаковском лимане записано: «Серебряных медаль пять тысячи с надписью «За храбрость на водах Очаковских». Согласно повелению императрицы, генерал-прокурор князь А.А. Вяземский 13 июля приказал Монетному департаменту: «как наискорее заготовить 5000 серебряных медалей с надписью: «За храбрость на водах Очаковских июня 1788» в такую пропорцию, какие прежде сделаны были за дело под Кинбурном бывшее». На вопрос: «На скольких из них делать ушки?» 17 июля было поведено: «Делать с готовыми ушками». 14 августа требуемые медали были отчеканены на Санкт-Петербургском Монетном дворе. 4 сентября Потемкин сообщал Монетному департаменту из лагеря под Очаковым, что «присланные медали исправно сюдадоставлены».

В ордере 10 сентября 1788 г. князь Потемкин извещал адмирала принца К. Нассау-Зигена: «Сим препровождаю к вашей светлости 4973 медали серебряные Всемилостивейше пожалованных от Ея Императорекаго Величества всем нижним чинам гребной флотилии, бывшим в сражениях и победах Лиманских в июне месяце сего года. Ваша светлость извольте приказать раздать оныя каждому в руки, по приложенному росписанию и носить им оные в петлице». После смерти награжденных медали возвращали в Военную и Адмиралтейскую коллегии, а затем сдавали на переплавку. В случае потери награжденные просили изготовить другие медали. Так, например, в августе 1828 г. на Санкт-Петербургском Монетном дворе по предписанию Департамента горных и соляных дел была отчеканена серебряная медаль с надписью: «За храбрость на водах Очаковских» для главного комиссионера 7 класса Иванова.

До октябрьского переворота 1917 г. медали были во многих частных коллекциях и собраниях полковых музеев8. Так, 24 февраля 1916 г. флигель-адъютант полковник Казакевич сообщал командиру запасного батальона лейб-гвардии Преображенского полка: «Государь Император сего числа из Собственной Его Величества витрины. Высочайше соизволил Собственноручно выдать мне, для передачи на хранение в офицерское собрание Лейб-Гвардии Преображенского полка на Миллионной улице, при сем препровождаемую серебряную медаль «За Храбрость на водах Очаковских июня 1788 г.», на Георгиевской ленте; дабы после, с открытием полкового музея сопричислить ее к коллекции, мною собранной в полку».